Вступительное слово

Слово "статья" используется мной в значении опубликованного письменного текста, а не жанра журналистики.

Изучению истории развития луганской журналистики было посвящено несколько работ. Если вести речь о периоде до начала Великой Отечественной войны, то можно отметить следующие:

Темник Ю.А.:
– книга «Первые журналисты Донецкого края» (2006 г.).

Ульянова Е.Н.:
– статья «Политико-правовые механизмы становления журналистики Луганщины» (2015 г.);
– монография «Журналистика Луганского края» (2015 г.);
– учебно-методическое пособие «Региональная журналистика: исторические уроки» (2016 г.);
– статья «Периодизация истории журналистики Луганского края от зарождения до современности» (2017 г.).

Чернов А.А.:
– главы «У истоков современной журналистики Луганска» и «Титан советской журналистики» в книге «Донбасский код» (2019 г.).

После изучения указанных работ можно заметить, что их авторы слишком широко раздвинули значение таких слов, как "журналист" и "журналистика", а также понятия "журналистская деятельность", вложив в них свой особый смысл, отличающийся от общепринятого. Историю развития луганской журналистики они подменяют историей развития луганской прессы, а к луганским журналистам они относят всех людей, чьи статьи, даже разовые, были опубликованы в литературных и научных журналах. Если была опубликована хоть одна статья (текст), пусть и в журнале, не являвшимся средством массовой информации, пусть на листовке на заборе (если вести речь о революционных листовках, печатавшихся в подпольных типографиях), пусть написанная не в связи с журналистской деятельностью её автора, – это для указанных мной трёх исследователей луганской журналистики не важно. Для них главное, что если есть какая-то статья, то значит, её автор автоматически причисляется к журналистам, а опубликование одной разовой статьи за всю жизнь, подаётся как журналистская деятельность автора этой статьи. Кроме того, луганские исследователи истории развития луганской журналистики не поняли, что не всякий публицист является журналистом, другими словами, указанные мной выше авторы не разобрались, что статьи журнальные и журналистские – это не одно и то же.

Наибольшие усилия по изучению истории развития луганской журналистики были предприняты научными работниками кафедры журналистики Луганского педагогического университета (основана 10.03.2005) под руководством заведующей этой кафедры профессора Галич В.Н., которые вылились в несколько работ, отнесённых к научным. Однако, на мой взгляд, несмотря на предпринятые усилия, луганским научным работникам, краеведам и публицистам (их фамилии перечислены выше) не удалось изложить сколько-нибудь внятную историю развития луганской журналистики в период до 1941 года. Хочу подчеркнуть, что я имею в виду именно журналистику, а не прессу (печать).

Чтобы не вносить дальнейшую путаницу в историю развития луганской журналистики и не смешивать её с публицистикой, наукой, СМИ, подпольной революционной борьбой, как это до меня делали другие луганские исследователи, я буду отталкиваться от законов РФ и Украины.
Согласно Закону РФ от 27.12.1991 № 2124-1 «О средствах массовой информации» (статья 2), под журналистом понимается лицо, занимающееся редактированием, созданием, сбором или подготовкой сообщений и материалов для редакции зарегистрированного средства массовой информации, связанное с ней трудовыми или иными договорными отношениями либо занимающееся такой деятельностью по её уполномочию.
Согласно закону Украины № 2782-XII от 16.11.1992 «О печатных средствах массовой информации (прессе) в Украине» (статья 25), журналистом редакции печатного средства массовой информации является творческий работник, который профессионально собирает, получает, создаёт и занимается подготовкой информации для печатного средства массовой информации и действует на основании трудовых или иных договорных отношений с его редакцией или занимается такой деятельностью по её поручению, что подтверждается редакционным удостоверением или другим документом, выданным ему редакцией этого средства массовой информации.
Также можно сказать, что что журналист – это человек, который в результате своей журналистской деятельности (!) создал какой-то текст при описании события, факта, какого-либо исследования и т.д.

Критические замечания (часть 1)

Ульянова Е.Н. – статья «Политико-правовые механизмы становления журналистики Луганщины».

Хорошо видно, что в этой статье идёт речь не о журналистике, а, прежде всего, о газетах, которые издавались в Луганске. Полагается, что в газетах работали сотрудники (корреспонденты и репортёры), которые занимались журналистской работой. При этом, если взять самую первую газету, которая стала издаваться в Луганске, – «Листок объявлений Славяносербского земства», то изначально это было издание справочного характера, а значит, никакой журналистской работой её сотрудники вначале, по сути, не занимались. О характере бесплатной газеты «Донецкий листок» (1903-1906 г.г.), выпускавшейся Опекунством крестьянских сирот Славяносербского уезда, информация не даётся.
На основании поданной в статье информации можно только предположить, что развитие журналистики на Луганщине началось с 1906 года, когда в Луганске стали выходить общественно-политические газеты после ослабления цензуры согласно указу «О временных правилах о повременных изданиях» от 24.11.1905, при этом ни о жанрах журналистики, ни о самих луганских журналистах в статье нет ни слова. Кроме того, Ульянова связывает зарождение луганской журналистики с развитием луганской прессы, хотя в действительности луганская журналистика стала развиваться задолго до того, как в Луганске вышла первая общественно-политическая газета.

Находясь под влиянием разновекторных идеологий, из самого начала своего существования луганская печать боролась за право на существование.
Надо заметить, что эту фразу написала кандидат [украинских] наук (!) по социальным коммуникациям. В действительности, всю печать можно разделить на несколько групп: газеты, которые выпускала местная луганская власть и печать (газеты и журналы), которые издавались частными лицами и различными организациями (обществами). Вполне очевидно, что не вся печать боролась за право на существование. Так зачем же обобщать всю луганскую печать?!

ХІХ век в целом характеризуется планомерным усиленным цензурного законодательства: указы... воплотились в кодифицированном «Уставе о цензуре и печати» 1890 года. Такие обстоятельства не предоставляли возможности для зарождения и развития региональной прессы провинциального Луганска в этот период.
Начало ХХ века знаменуется некоторым потеплением в области печатного дела Украины. Из истории известно, что 8 мая 1903 года... Главным управлением цензуры по делам прессы был издан закон, предоставляющий право в крупных городах России... назначать на должности цензоров профессионалов своего дела, чем ограничил произвол губернатора и его чиновников на местах. В это время в уездном городе Луганске – центре Славяносербского уезда Екатеринославской губернии – начинает свою историю сразу две информационно-ведомственные газеты – «Листок объявлений Славяносербского земства» и «Донецкий листок».

Хорошо видно, что тут Ульянова подменяет значение слов "журналистика" и "пресса". Заглавие статьи повествует о журналистике, а речь в статье идёт, как я уже отметил выше, о прессе (газетах). Одновременно с этой статьёй, Ульянова написала монографию «Журналистика Луганского края», в которой, ссылаясь на книгу Темника (её разбор сделан ниже), пишет, что луганская журналистика стала развиваться в XIX веке, когда ещё газеты в Луганске не начали выходить. Кроме того, в этой монографии упоминается газета «Екатеринославские губернские ведомости», которая начала издаваться в 1838 году. Как известно, Славяносербский уезд территориально входил в Екатеринославскую губернию, и надо полагать, что упоминание Ульяновой этой губернской газеты в контексте развития луганской журналистики связано с тем, что на её страницах публиковалась какая-то информация касательно Луганска. А откуда она там бралась? Вполне очевидно, что луганская журналистика стала развиваться гораздо раньше луганской прессы. И говоря об этом в одних своих работах, в других же (в частности, в этой) Ульянова почему-то пишет обратное, что это, дескать, выпуск луганских газет положил начало развитию луганской журналистики.
На мой взгляд, эту статью надо было назвать «Политико-правовые механизмы становления прессы Луганщины», и тогда в ней было бы меньше несуразностей.

Достаточно популярным в Луганске был печатный орган трудящихся масс и Луганского комитета РСДРП «Донецкий колокол», основан большевиком Д.М.Розловским. Это первое легальное ежедневное партийное издание на территории Луганского края. Здесь публиковались материалы с конкретными политическими программами и откровенной тактикой большевиков... в «Донецком колоколе» активно печатался известный большевик К.Е.Ворошилов.

Как известно, всего вышло 20 номеров этой газеты (последний – 19.01.1907) и органом Луганского комитета РСДРП она стала со 2-го номера (19.11.1906). Из 19-ти номеров газеты, я изучил 10 и не нашёл в них ни одной заметки или статьи, подписанной Ворошиловым. Ворошилов, которому тогда было 25 лет, принимал участие в выпуске этой газеты, но в ней не публиковался. И кстати, в биографических очерках о жизни Ворошилова, изданных после его смерти, этому небольшому промежутку времени, когда выходил «Донецкий колокол», уделено всего пару небольших предложений.

Существуют факты, которые свидетельствуют о широкой популяризации политических листовок в революционное время.

В статье, которая посвящена становлению луганской журналистики, зачем-то упомянут выпуск нелегальных революционных листовок. В то время как под журналистикой подразумевается только легальная деятельность лиц, вовлечённых в неё. Упоминание листовок было бы, на мой взгляд, уместным, если бы Ульянова написала в своей статье, что такой-то журналист (условный Пупкин) начал свою профессиональную журналистскую деятельность с написания текстов для листовок. Но если исходить из того, что Ульянова не видит принципиальной разницы между значениями слов "журналистика" и "пресса", то тогда всё будет выглядеть логично. Правда, в этом случае возникает вопрос к уровню луганской украинской научной школы, в которой готовили таких вот, с позволения сказать, научных работников. Собственно, то, что для Ульяновой "журналистика" и "пресса", это одно и то же – видно и потому как она закончила свою статью:
Исследование политико-правовых механизмов развития прессы, связанных с периодом национально-освободительных соревнований 1917-1921 гг. в Луганском крае является перспективой последующих научных студий.
Как видим, директивно-законодательные механизмы общественно-информационной жизни Восточной Украины, начавшие отсчет в прошлом веке, значительной мерой повлияли на становление устойчивой системы периодики региона.

Чернов А.А. – глава «У истоков современной журналистики Луганска» в книге «Донбасский код».

В начале этой главы своей книги Чернов написал такую фразу: К сожалению, о дореволюционном периоде прессы Луганска известно очень мало, а закончил главу такой: Учитывая отрывочность сведений, порою их противоречивость, трудно претендовать на полноту освещения её истории. Эти фразы говорят о том, что Чернов, взявшись за написание главы о луганской журналистике начального этапа, не готов сам заморачиваться проведением исследовательской работы, чтобы написать о чём-то новом и ранее неизвестном, а может (хочет) только обобщать чужой труд по теме луганской журналистики. Безусловно, та или иная работа по обобщению информации и анализу статей, монографий, книг различных авторов также нужна, но как же именно Чернов справился с работой, за которую он взялся?
Глава называется – «У истоков современной журналистики Луганска», и начата она с фразы: 1 (14) июня 1917 года, вышел в свет первый номер газеты «Донецкий пролетарий». В честь этой даты в Луганской Народной Республике учреждён День журналиста. Таким образом, можно предположить, что историю современной журналистики в городе Луганске, по мнению Чернова, следует вести от начала выхода тут газеты «Донецкий пролетарий». При этом на момент выхода этой газеты, местной луганской властью уже издавалась газета «Луганский листок». Газета же «Донецкий пролетарий» была партийной и луганские большевики, которые стали её выпускать, находились в оппозиции к власти.
Дальше Чернов углубляется в прессу, которая выходила в Луганске до революции, в том числе затронув и нелегальную. И тут возникает вопрос: так от начала выпуска какой же именно газеты (или с какого года) нужно вести начало современной журналистики Луганска? Чернов не только не дал внятного ответа на этот вопрос, но и внёс в него путаницу.
А что такое досовременная луганская журналистика и чем она отличается от современной?

Луганск не удовлетворялся только легальной прессой, здесь издавались и нелегальные газеты.

Затронув нелегальную прессу в контексте развития журналистики, Чернов, таким образом, показал, что он, взявшись за написание этой главы, совершенно не вник в суть освещаемого им вопроса. Журналист, если рассматривать его с точки зрения его деятельности, должен сотрудничать только с официально зарегистрированными СМИ. Вот если бы статьи луганских революционеров печатались, скажем, на страницах газеты «Искра» или «Вперёд», которые были запрещены в России, но легально издавались в странах Европы, то об этом было бы уместно написать в контексте развития луганской журналистики.

Газета – это площадка, на которой журналисты размещают свои статьи, и, безусловно, газета нужна для того, чтобы журналистика развивалась. Но только перечислить выходившие газеты, в контексте развития журналистики, это очень мало, так как эта тема сводится к другому вопросу – освещению развития прессы.

После Февральской революции произошли значительные социальные изменения. Они затронули все стороны жизни крупного города. Прежде всего, исчезли некоторые старые газеты, появились новые. О них мы тоже располагаем фрагментарными, весьма неполными сведениями.

Меня вот тоже озадачило, кто эти МЫ? Я даже специально посмотрел, кто указан автором на книге «Донбасский код». Оказалось – один Чернов А.А. Даже рецензентов не было.
Если изменить высказывание "Мы пахали – я и трактор" на – "Мы писали книгу «Донбасский код» – я и ...", то любопытно, кто же был условным трактором?
На момент написания Черновым и неким "трактором" книги «Донбасский код», в сети было несколько публикаций по истории прессы в Луганске, в том числе и на этом сайте на страничке «Пресса», но Чернов и К° почему-то не смогли отыскать эту информацию через интернет-поисковик. Получается, что одни луганские авторы пишут свои статьи по какой-то теме, а другие луганские авторы-публицисты не могут их отыскать в интернете и прочитать.
На всякий случай напишу для тех, кто не знает: по состоянию на февраль 1917 года в Луганске выходила только одна газета – «Луганский листок», которую выпускала уездная земская Управа. После Февральской революции выпуск этой газеты продолжался по 29.06.1917.

Известно, что 1 (14) июня 1917 года большевики начали издавать ежедневную газету «Донецкий пролетарий». Главным редактором газеты стал Климентий Ворошилов, в редколлегию вошли А.Каменский, Я.Истомин, А.Червяков, Ю.Лутовинов. Известно, что номера газеты наполнялись партийной информацией, статьями В.И.Ленина и других партийных вождей, а также большим количеством корреспонденций от рабочих со всего Донбасса.

«Луганская правда» в 1920-е годы являлась "кузницей кадров" не только для Донбасса, но и для многих советских республик, а также для всесоюзной печати.

В 1920-х г.г. в стране получило развитие рабкоровско-селькоровское движение, и многочисленные заметки таких корреспондентов публиковались на страницах «Луганской правды». Однако Чернов не стал разбираться, почему же «Донецкий пролетарий», в отличие от «Луганской правды» не стал "кузницей" журналистских кадров? Также из статьи Чернова не ясно, кто писал статьи в луганских газетах царского времени – штатные корреспонденты или непрофессиональные (которых при советской власти стали называть рабкорами и селькорами)?
Получается, что при разной власти (царизм, Временное правительство, советская власть) были условия, которые способствовали или, наоборот, не способствовали развитию журналистки на Луганщине. И кто же должен углубляться во все эти моменты в статье о развитии луганской журналистики, если не сам автор статьи? А если у автора нет достаточного материала для более-менее приемлемого раскрытия темы, то зачем браться за работу по освещению такой темы?
И редактором «Донецкого пролетария» был Илья Каменский, а Ворошилов являлся председателем редакционной коллегии. Главного редактора у газеты не было.

Чернов в этой своей главе поверхностно охватил начальный период развития луганской печати, только чуть коснувшись журналистики. Но может ли быть большой спрос с Чернова, который взялся за освещение темы, которая оказалась ему совершенно не по зубам? Вполне очевидно, что авторы-"прилипалы" сами не в состоянии искать в старых газетах нужные сведения, анализировать и обобщать их, а могут только работать с уже кем-то переработанной и опубликованной в книгах и статьях информацией. Да и то их надо, оказывается, ещё и ткнуть носом в какие-то материалы.

Весь итог исследования Чернова, изложенный им в этой главе его книги, можно уместить в две фразы, одну из которых он сам же и написал:
1. В Луганске выходили такие-то газеты, а значит, развивалась и журналистика.
2. Учитывая отрывочность сведений, порою их противоречивость, трудно претендовать на полноту освещения истории развития журналистики.

А если трудно претендовать на полноту, то зачем вообще писать поверхностные тексты, создавая ещё большую неразбериху в "многострадальной" и запутанной по вине некоторых горе-авторов истории Луганска? Получается, что я что-то недопонимаю касательно авторской репутации.

Темник Ю.А. – книга «Первые журналисты Донецкого края».

Выпуск своей книги «Первые журналисты Донецкого края» Темник приурочил к 190-летию начала издания в Харькове литературно-художественного, научного и общественно-политического ежемесячного журнала «Украинский вестник» (1816 г.), что, по мнению Темника, положило начало развитию журналистики не только на Слобожанщине, но и с 1817 года на Донбассе, в частности, на Луганщине.
По мнению Темника, первыми журналистами Луганщины были: Густав Гесс де Кальве, Орест Шуман, Евграф Ковалевский, Анемподист Носов, Илиодор Фелькнер и В.Донецкий. Высказываясь об их статьях, Темник написал:
Мы имеем дело с классическими образцами профессиональной журналистики... Профессиональной в том смысле, что "развлекать" публику можно только со знанием дела... Образцы, представленные здесь, с полным правом можно назвать аналитической публицистикой – профессиональный анализ в доступном для любопытствующей публики изложении. Такая публицистика – часть культурного вклада Донбасса в современную общественную мысль.

Под профессиональным анализом, Темник имеет в виду не анализ, сделанный профессиональными журналистами, а – горными инженерами – профессионалами своего дела. Но что Темник имеет в виду под профессиональной журналистской статьёй? Вполне очевидно, что горные инженеры не являлись журналистами по профессии или профессиональными журналистами, а значит, не могли в принципе писать профессиональные журналистские статьи (в значении тексты).
Темник отнёс статьи горных инженеров к художественно-публицистическому жанру или другими словами – к журналистской публицистике. Но он почему-то не понял, что если горные инженеры грамотно и толково изложили в своих статьях какую-то информацию, связанную с их профессиональной деятельностью, то это не относит эти статьи по жанру автоматически к профессиональной журналистике.
Из истории развития журналистики известно, что сбором информации и написанием статей занимались как профессиональные, так и непрофессиональные корреспонденты и журналисты. Вполне очевидно, что Темник причислил горных инженеров из-за их статей – к последним, запутавшись при этом в том, что высокое качество подачи ими информации, не относит их труд к профессиональной журналистике. Но при изучении истории развития луганской журналистики важно разобраться в том, можно ли горных инженеров из-за их статей относить к [непрофессиональным] журналистам в принципе? Темник – отнёс. Но прав ли он?
В выделенном мной выше абзаце хорошо видно, что Темник поставил знак равенства между публицистикой и журналистикой, не осознавая, что это не всегда одно и то же. По мнению Темника, горный инженер, написав на высоком уровне статью, связанную со своей профессиональной деятельностью, становился непрофессиональным журналистом, так как его статья была отнесена Темником к публицистическим.
Рассуждая в своей книге о публицистике, Темник должен был, как мне кажется, заглянуть, например, в энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, который есть в наличии в Луганской библиотеке им. Горького, чтобы убедиться, правильно ли он понимает значение этого слова. В словаре же сказано, что обсуждение в печати насущных вопросов общественно-политической жизни, которые могут быть также предметом научного исследования, не должно вести к смешению области науки и публицистики из-за общности предмета обсуждения. Кроме того, Темник не разобрался, являлись ли средством массовой информации те журналы, в которых были опубликованы статьи так называемых первых журналистов Донецкого края.

Гесс де Кальве в 1817 году, имея степень доктора философии, поступил на службу в Департамент горных и соляных дел, и занял должность старшего члена правления Луганского литейного завода (1817-1822 г.г.). Затем он стал управляющим этим заводом (1822-1826 г.г.). В этот период времени ряд статей Гесс де Кальве было опубликовано сначала в «Украинском вестнике» (издавался в период 1816-1819 г.г.) и «Соревнователе просвещения и благотворения» (издавался в период 1818-1825 г.г.), а потом – в литературном журнале «Отечественные записки».
По названию статьей Гесс де Кальве и по содержанию некоторых из них (доступных для ознакомления) хорошо видно, что его совершенно никак нельзя отнести к [непрофессиональным] журналистам в современном значении этого слова. Также вполне чётко понятно (кроме Темника и рецензентов его книги), что указанные журналы не являлись средствами массовой информации, поэтому у них не было корреспондентов как у редакций газет. И то, что Гесс де Кальве, якобы, являлся корреспондентом «Украинского вестника», это необоснованный домысел Темника.
В № 60 литературного журнала «Отечественные записки» за апрель 1825 года (22-я часть) был опубликован отрывок из сочинения Гесс де Кальве «Исторический опыт горного искусства у древних народов» под названием «Несколько слов о древних рудниках в Сибири» (стр. 372-391). Со слов Темника, в примечании к этой статье издатель журнала отозвался о Гесс де Кальве, якобы, как о талантливом журналисте. Но если же изучить текст этого примечания, то окажется, что Темник значительно исказил его смысл. В нём говорится о Гесс де Кальве – как об учёном-авторе, написавшем ряд литературных трудов (с их перечислением). О том, что Гесс де Кальве являлся журналистом – ничего не сказано.
Тем не менее, вполне можно найти ответ на вопрос: кого же называли журналистами в XIX веке?
В XII томе энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (1894 г.) написано, что журналист – в военном ведомстве и некоторых гражданских местах лицо, ведущее входящие и исходящие журналы, т.е. записи поступающих и отправляемых деловых бумаг.
В «Толковом словаре живого великорусского языка» Даля В.И. сказано:
1-й том (1863 г.): журналист – чиновник присутственного места, ведущий журналы; также – издатель, редактор повременного издания.
3-й том (1865 г.): публицист – писатель, более газетный, журнальный, по современным, общим вопросам, по народному праву.
Поскольку слово "журналист" было образовано от слова "журнал", то нетрудно предположить, что в первой половине XIX века журналистами называли, по всей видимости, всех авторов (писателей, публицистов, учёных), которые публиковали свои произведения (статьи) в литературных и научных журналах. К середине XIX века значение этого слова поменялось, и из него выделился – публицист. Сейчас в значение слова "журналист" вкладывается не тот смысл, который был у него в XIX веке.
Гесс де Кальве был публицистом и не являлся журналистом в современном значении этого слова.

Если Гесс де Кальве в период 1817-1827 г.г. постоянно проживал в селении Луганский Завод (сейчас – Луганск) и его можно, таким образом, причислить к луганским публицистам из-за статей, которые он написал в тот период времени, то Шумана О.И. и Ковалевского Е.П. по этому же принципу к луганчанам отнести нельзя.
По всей видимости, Темник и два именитых рецензента его книги не вчитались внимательно в биографии Шумана и Ковалевского, и по этой причине необоснованно причислили их не только к журналистам, но и к луганским журналистам.
Шуман О.И. – один из первых геологов-исследователей Донбасса, доктор химии, горный инженер, металлург, в 1818 году поступил на службу в горное ведомство и был назначен главным смотрителем за работами в Луганском литейном заводе, где проработал 20 лет, внеся значительный вклад в развитие металлургии юга России.
Темник совершенно ничего не написал о какой-либо публицистической деятельности Шумана в период 1818-1838 г.г., не говоря уже о журналистской, хотя чётко написал, что Шуман, дескать, являлся корреспондентом «Украинского вестника».
Дело в том, что до того, как стать жителем Луганщины (1818 г.), Шуман постоянно проживал в Харькове. Весной 1817 года он решил развеяться и навестить своего старого друга Гесс де Кальве, который проживал в с. Луганский Завод. Сюда Шуман приехал в мае 1817 года и, пробыв тут около недели, вернулся к себе домой в Харьков. Находясь на Луганщине, Шуман посетил Лисичанский рудник, на котором добывался уголь для нужд Луганского литейного завода. По возвращении в Харьков он написал статью «Нечто о каменноугольной ломке в Бахмутском уезде Екатеринославской губернии», которая была опубликована в 1817 году на страницах «Украинского вестника». Таким образом, на момент выхода своей статьи, Шуман не являлся жителем Луганщины, а когда им стал, то уже не публиковался (?).
Похожая ситуация и с Ковалевским. Являясь геологом и горным инженером, он был командирован на Луганщину в 1827 году Департаментом горных и соляных дел в качестве берг-инспектора из-за плохого экономического положения Луганского литейного завода. Находясь тут в служебной командировке с июля по сентябрь 1827 года, которая совершенно никак не была связана с журналистской деятельностью, Ковалевский организовал на Луганщине три геологоразведочных экспедиции, по результатам которых написал две статьи, опубликованных в научно-техническом «Горном журнале»: «Опыт геогностических исследований в Донецком горном кряже» (1827 г.) и «Геогностическое обозрение Донецкого горного кряжа» (1829 г.).
«Горный журнал», являясь научно-техническим изданием, также не относился к средствам массовой информации как и литературные журналы.

Другие горные инженеры, упомянутые Темником, чьи статьи публиковались в «Горном журнале» (Носов А.А. и Фелькнер И.Ф.), хотя и проживали на Луганщине на момент выхода некоторых их статей, но это не делает их журналистами. Один «Исторический очерк Луганского литейного завода» (1854 г.), написанный Носовым, когда он недолго работал на Луганщине (1852-1856 г.г.), явился результатом его служебной геологоразведочной деятельности, а статьи Фелькнера – посвящены каменноугольной промышленности Луганщины. Ни Носов, ни Фелькнер журналистской деятельностью не занимались, их статьи в средствах массовой информации не публиковались.
Разве Темник реально доказал, что их статьи являются именно публицистическими, а не научно-исследовательскими, и объяснил, зачем эти как бы условно публицистические статьи нужно было публиковать в специализированном научно-техническом «Горном журнале»?

Если следовать логике Темника, то к журналистам надо причислять всех работников, занимающихся исследовательской деятельностью по своей специальности, учёных и публицистов из-за публикации их статей (в том числе и разовых) на страницах научных и литературных журналов соответственно, а всем научным и литературным журналам нужно придать статус средств массовой информации.
Темника, не являвшегося специалистом в области журналистики, понять можно – он взялся за освещение слишком сложной для него темы, в которую он не смог вникнуть. При этом у его книги было два рецензента – это профессоры кафедр журналистики двух луганских университетов, которые, по идее, должны были разбираться во всех тонкостях журналистики и журналистской деятельности, но их роль непонятна. "Свадебные генералы"?

Особняком среди первых луганских так называемых журналистов стоит Донецкий В., «Обозрение Луганского Завода» которого было опубликовано в 1859 году в Новороссийском литературном сборнике. Несмотря на то, что данный литературный сборник не являлся средством массовой информации, обозрение Донецкого, на мой взгляд, относится к художественно-публицистическому жанру журналистики, однако, эта разовая публикация не делает её автора журналистом в контексте журналистской деятельности.

Если вести речь о годе начала развития журналистики на Луганщине, то книга Темника в этом вопросе совершенно никак не поможет, так как она не о журналистах, опять подчеркну, в современном значении этого слова.

Последнее обновление страницы – 20.05.2026